August 7th, 2014

2012 en face

«Купить еды в последний раз»

По большей части, запугивающие нас последствиями санкций для потребительского рынка находятся на жаловании, или выслуживаются.

Но теоретически возможны и люди, в тоскливом ужасе искренне ожидающие возвращения советского дефицита.

Сознание их определяется бытием. Среди нас есть немалая группа людей, чей труд не имеет никакого материального выражения и не приносит никакой пользы. Единственный возможный для них успех — понравиться начальству или грантодателю. Именно это даёт им доступ к материальным благам. Круг общения у них такой же.

Поэтому, в их картине мира невозможно сделать хорошие вещи самим или выменять (им нечего предложить). Их можно только получить издалека, для чего необходимо понравиться тому, кто к ним допускает. Благосостояние для них — результат не труда, а близости к месту, откуда оно растекается; награда за хорошее поведение.

Это видение они переносят и на всю страну. По их мнению, происходит некое безумие: добровольное отпадение от единственного источника благ во внешнюю тьму, где скрежет зубовный и пустые полки.

Многие из них ещё и травмированы Совком, который был устроен именно так, как они представляют жизнь вообще, а шансов излечиться у них не было, так как образ их экономической жизни остался вполне советским: единственный их капитал, в который они инвестируют, — благорасположение начальства.
2012 en face

Шпроты

Запретили бы ещё шпроты. Уже довольно давно ищу по супермаркетам российские, не желая покупать латвийские и прочие прибалтийские, и не нахожу. На любой банке мелкими буквами название какого-нибудь латвийского уезда. Так и ухожу без шпрот.