?

Log in

No account? Create an account

Категория: образование

Об авторе и журнале
Избранные записи журнала (Tor, i2p) • Мои статьи в АПН • Les Feuilles MortesРассказы о Му Да (Tor, i2p) • Демотиваторы (Tor, i2p)

Сверхусилие
March 2015
alex_mashin
Усилие, употребляемое человеком для достижения цели, может быть ограниченным и полным, в зависимости от ситуации.

Ограниченное усилие — это когда отрабатывают рабочий день за оклад, или работают сдельно.

Полное усилие, которое также можно назвать сверхусилием или описать словами «выложился полностью» — когда сражаются за свою жизнь или соревнуются за что-то важное. Тогда тратят все силы до капли, и что ещё важнее — не думают ни о чём другом. Сверхусилие означает сверхцель: никаких других целей, соображений она не терпит. Ограниченное усилие предполагает только ограниченную цель, которых одновременно может быть несколько. Это различие даже важнее, чем разница количества потраченных сил.

Как можно заставить человека приложить сверхусилие? Поставить его благополучие в зависимость от достижения цели, когда это не под его контролем. Так бывает, когда работу надо сделать в положении неопределённости или активного сопротивления. И то, и другое обычно означает вовлечение других людей.

Одно дело дать план рабочему выточить за день столько-то деталей, и другое — назначить план продавцу. На работу с неживой природой нужны только определённые ограниченные усилия. Но нельзя продать без согласия покупателя. Не всё зависит от продавца, и именно поэтому ему придётся рыть землю.

Поэтому, работу часто можно перевести в режим сверхусилия, внеся в неё элемент соревнования: назначать премию только тому, кто выработал больше других, или расстреливать того, кто вышел из барака на поверку последним.

Сверхусилие мучительно, и его стараются избежать, уменьшив конкуренцию. Хороший способ — техническое образование и соответствующая работа: технические специалисты обычно достигают некоторой незаменимости, выводящей их из конкуренции на большую часть времени. Они могут позволить себе посвящать работе только часть жизни.

С другой стороны, менеджеры, гуманитарии, представители творческой интеллигенции заменимы абсолютно. Они должны участвовать в конкуренции постоянно и всем своим существом, они всегда на собеседовании и всегда должны производить правильное впечатление на работодателя. Всегда есть другие претенденты. В общем, их работа сводится к постоянному соревнованию за работу.

Бывает, кстати, мотивация, требующая умеренной разновидности сверхусилия: ограниченного во времени. Когда продавцу спускают план, по его выполнении он может расслабиться, а если бы от него потребовали больших продаж, чем от коллег, он должен был бы крутиться до конца рабочего дня. Такое ограниченное сверхусилие не так тяжело.

Эффективный менеджер — тот, кто может устроить подчинённым маленький ад, требующий постоянного сверхусилия в его пользу. Великая идея — тот же эффективный менеджер, только идея.

Есть вещи, которые требуют сверхусилий. Когда для тебя что-то свято, это означает готовность приложить сверхусилие для защиты этого. Когда ты уверен, что от чего-то зависит твоя свобода, жизнь и процветание (три слова, одна вещь), ты должен приложить сверхусилие для добычи этого, забыв обо всём остальном.

Забыв обо всё остальном. Всё остальное неважно.

Вот с этим у нас и проблема. Проблема в том, что всякие посторонние вещи — проблемы, когда проблема на самом деле одна.

Пост программный, пиар приветствуется.

Му Да и обустройство Поднебесной
March 2015
alex_mashin
Однажды Му Да явился к Учителю.
— Учитель, Вы знаете, что народ бедствует, а Поднебесная в беспорядке. Князья ничтожны и неугодны Небу. Молю, поведайте, как нам обустроить Поднебесную!
— Чтобы обустроить Поднебесную, следует уподобиться совершенномудрым правителям древности, — ответил Учитель.
— Каковы же были совершенномудрые?
— Стук их яшмовых печатей разносился по всей Поднебесной, о наводнениях и землетрясениях никто не слыхал, зато цилини и единороги были зрелищем столь же обыденным, как куры и буйволы! — поведал Учитель.
— Наверное, они болели за народ, обладали незаурядной энергией и отвагой, а всё время, не щадя себя, посвящали управлению государством? — спросил Му Да.
— Нет, самому ничтожному из нынешних князей приходится тратить больше усилий и подвергаться горшим опасностям, чтобы сохранить власть, которой он недостоин, — молвил Учитель.
— Тогда, может быть, правители древности были хитроумны настолько, что читали мысли, заглядывали на сто бу вглубь земли и тысячу лет в будущее? — упорствовал Му Да.
— Нет, в наше время даже мелкий купец, если не хочет разориться, должен быть столь хитёр, что показался бы Сунь Цзы или Лао Цзы по сравнению с совершенномудрыми!
— Как же они сумели обустроить Поднебесную, не будучи ни энергичными, ни хитроумными?
— Му Да, Му Да! — вскричал Учитель, — чему ты только учился у меня! Если бы сверхчеловеческие способности были необходимы для устроения государства, мы бы и поныне ютились на болотах и били тритонов костяной острогой, нагие и пожираемые тиграми! Правление государством — простое дело, и не нужно для него ни большого ума, ни божественной мощи. Древние властители потому и назывались Сыновьями Неба, что следовали Дао Неба.
— Но в чём заключается Дао Неба? — взволнованно воскликнул Му Да.
— Дао Неба заключается в том, что светила движутся не по прихоти, а по заранее всем ведомому ритуалу. О Небе народ уверен, что за ночью в известный срок последует утро, а за зимой — весна, благодаря чему знает, когда сеять и сколько запасать. Так и о совершенномудром правителе люди знали, что за преступление он покарает, а за верную службу наградит, что на рынке можно купить зерно и продать ремесленные товары. Таково Дао Неба! Так обустраивают Поднебесную!
Метки:

Мысли о насильственной социализации и её сторонниках
March 2015
alex_mashin
В Сети иногда прокатываются волны возмущения посягательствами властей на среднее образование: попытками упразднить высшую математику или ввести основы православной культуры. Возмущающиеся правы в том, что всякое действие или бездействие нынешнего режима служит злу: отменит ли он преподавание высшей математики, напротив, введёт тензорное счисление, или оставит всё как есть — в любом случае будет хуже.

Но веселит то, что среднее образование советского образца превратили в фетиш. В современной России искусство редактировать свои воспоминания достигло немалых высот. Кого ни спроси, он штурмовал Белый Дом в 1991-ом и защищал в 1993-ем. Мало кто помнит формулу сернистой кислоты, как интегрируют по частям, чем Василий Третий отличается от Василия Тёмного; но все помнят, какое хорошее образование давала советская школа.

На самом деле, несколько лет, убитых на изучение иностранного языка, не помогают прочесть на нём простой текст, музыки — не оставляют в голове даже нотной грамоты, рисования — не дают возможности нарисовать хотя бы карикатуру, физкультуры — не позволяют подняться на пятый этаж, не запыхавшись. Даже писать грамотно большинство не умеет. О том, что значительную часть даже сохранённых школьных знаний приходится забывать в институте, потому что там всё по-другому, что знания лежат мёртвым грузом, позволяя лишь решать однотипные задачи, я и не говорю.

Четыре группы людей защищают советскую школу и ищут для своих детей как можно более похожую на неё.

Первые, «троечники», которых больше всего, мучались в школе от бессмысленного труда, на который у них не хватало интеллекта или мотивации, и мучали других. Знания они не усваивали и в них не нуждались. Детей они отправляют учиться, чтобы избавиться от необходимости присматривать за ними (именно их дети нуждаются в присмотре), и для того, чтобы они не избежали мучений родителей.

Вторые, «отличники», усваивали учебник в первую неделю учебного года, и были вынуждены просиживать часами в классах, где нечего было больше узнать, терпя общество нежелательных людей. Они, основательно или нет, считают себя успешными людьми, и приписывают свой успех хорошему образованию, чего желают и детям.

Но эта заметка не о первых или вторых, а о третьих и четвёртых, не верящих в знания, но верящих в социализацию. Вот эти — не просто заблуждающиеся люди, а явные служители Сатаны.

Третьи — «леваки», они считают, что неблагополучных детей нельзя выбрасывать на улицу или в школы второго сорта. Они не считают неэффективное использование времени лучших детей и неприятности, которые им причиняет отребье, слишком высокой ценой за то, чтобы отребье формально не оставалось за бортом жизни. Они хотят, чтобы мы думали, что если смешать банку варенья с банкой дерьма, получится две банки варенья второго сорта. Эти же люди поддерживают неконтролируемую иммиграцию, высокие социальные расходы, и запрет на личное оружие. Они вообще сопротивляются всяким попыткам удалить зло. В этом и заключается их служение Дьяволу: страдания, которые вынуждены претерпевать приличные люди, которые не позволено избавиться от источника проблем, суть жертвоприношение леваков Сатане.

Четвёртые — «фашисты». Они указывают на «социальные навыки», которые будто бы должны выработаться, если много людей собрать вместе. Они очень любят иерархию и ценят школу (как и армию, как и тюрьму) за то, что там, среди людей, бесцельно согнанных вместе, в обстановке чистой коммунальности, иерархия и складывается. Для них школа — только полигон по отбору доминантов, от которых, как они надеются, будет польза обществу.

Вообще-то этот пост не о школе, а о навязанной социализации. Школа, а не армия или тюрьма, выбрана примером только потому, что дети успешных родителей не попали в армию, удачливые — в тюрьму, но школы мало кто избежал.

На самом деле, все нужные социальные навыки у человека есть от рождения. Они используются, когда того требуют интересы человека: для обороны, предпринимательства, размножения или развлечений. В добровольно создаваемых группах складываются иерархии и иные общественные структуры, которые  не в тягость их участникам. Для этого не нужно обучения, как не нужно полового воспитания, чтобы размножаться.

Насильственная социализация — зло. Сгонять народ в толпы во время эпидемии можно только для геноцида. Но ведь эпидемия идёт всегда: грипп или чума приходят и уходят, а социальное зло остаётся; заразные болезни — его частный случай. Наряду с нормальными людьми, есть уроды — активные источники проблем для окружающих. Уроды бывают исправимыми, такими, что голод и одиночество заставляет их держать уродство в узде; и неисправимыми, которых остаётся изолировать или истреблять. В естественной обстановке так бы и происходило: с уродами никто не знался бы, и им бы оставалось только исправиться или быть истреблёнными при попытке навязать своё общество. Однако заморочки эпохи Просвещения — всеобщее обучение, воинская повинность, тюрьма вместо штрафа или казни, как мера наказания, — дают уродам возможность развернуться.

Кстати, именно поэтому тюремное заключение должно быть только одиночным, как в тюрьмах филадельфийской системы. В то время, как нормальные люди переносят одиночество, а лучшие из них ищут его для самоусовершенствования, уроды настолько нуждаются в человеческом обществе, что сходят в одиночках с ума. Так ведь и вши умрут с голода, если не смогут сосать кровь.

Также следует помнить о зле, которое представляет собой насилие, применённое при навязывании социализации, и о потере человеческих ресурсов, которые без навязывания социализации использовались бы эффективнее.

В общем, нравственность, религия, социальная гигиена предписывают не терпеть зла, а истреблять его. Институты насильственной социализации — как раз зло и должны быть уничтожены.
Метки: