Category: психология

March 2015

Сущность смеха

Originally posted by foxhound_lj at Сущность смеха

Тут в каком-то треде увидел, как очередные добрые люди потешаются над русской крестьянской одеждой - косовороткой и лаптями. Причём если косоворотку ещё кто-то отстаивал (очень робко), то вот слово "лапоть" вызывало какое-то всеобщее ржанье.

Ну что тут сказать? Дуракам самоненависть глаза застила.



Самоненависти не бывает — бывают жиды, каклы и прочие говнокровки, излишне хорошо знающие русский язык.

А что касается высмеивания — смеются всегда над теми, кого ненавидят или презирают, и исключений тут не бывает. Смеются над тем, кого не жалко. Кого жалко — над тем не смеются. А кого не жалко? Тут два варианта: либо вас считают совершенным ничтожеством, с которым можно делать всё что угодно: вытирать об вас ноги, использовать вас как говорящее орудие или живую игрушку, употреблять вас в пищу (случай презрения); либо вас считают врагом, которого нужно убить как можно быстрее и как можно болезненнее (это случай ненависти). В обоих случаях вас не считают за человека, вам отказывают в любых мыслимых правах, ваша жизнь ничего не стоит. И поэтому над вами можно смеяться. Смех всегда агрессия — врага или угнетателя. Юмор — это разновидность дегуманизации.



March 2015

Ж

Костантин Крылов в своём канале в Telegram позволил себе в резких выражениях высказаться о современной кириллице. По его мнению, которое он считает профессиональным, она уродлива и неудобна, а похвалы, расточаемые им латинице, неудобно приводить. Буква Ж среди особенно им нелюбимых; он даже предлагает её совсем переделать.

От философа мы ожидаем более осознанного поведения, а именно, рефлексии, точности в выражениях и владения собой.

Рефлексия позволила бы ему, во-первых, вспомнить себя десять лет назад, и представить свою реакцию, случись ему прочесть то, что он теперь позволяет себе писать о кириллице; во-вторых, вспомнить, что априорные оценочные суждения (всё равно, эстетические, как в данном случае, этические или рациональные) о неодушевлённых предметах — признак гетерономности мышления, и перепроверить, не манипулируют ли им.

Желание соблюсти точность в выражениях заставило бы его заменить «кириллица уродлива» на «кириллица мне не нравится», а это, в свою очередь, на «я не люблю кириллицу» (пассивный залог, всё-таки, больше подходит для манипуляций, чем для добросовестного мышления). После чего стало бы понятно, что проблема не обязательно в кириллице.

Если бы он вполне владел собой и рассуждал хладнокровно, то вспомнил бы то, что, несомненно, знает лучше меня: во-первых, чувства и вкус не данность: их можно, а философу и нужно, воспитывать.

Во-вторых, многие не понимают (например те, кто от административного зуда заказывают за большие деньги ребрендинг и получают взамен некогда узнаваемый и знаменитый логотип, перерисованный вкособлядку, как у Pepsi или Сбербанка), но философу следовало бы, что ценность символов и подобных нематериальных активов не в имманентных их свойствах, а в привнесённых, в их употреблении, то есть, истории и узнаваемости: обычно, чем древнее, тем лучше. Британский флаг, например, похож на букву Ж, только уродливее, но попробуйте предложить англичанину от него отказаться.