Category: экономика

March 2015

Наше место в мире

March 2015

Думающие люди

«Медуза» сдуру опубликовала истории своих читателей, запутавшихся в кредитах.

Особенно хороша эта (курсив мой):
Взял кредит на 500 тысяч рублей в декабре 2017 года. Тогда был дикий рост криптовалют, кредит взял специально, чтобы в них вложиться. С тех пор курс сильно упал, криптовалюту продавать не хочется, чтобы не фиксировать убытки (на падении я потерял где-то 300 тысяч рублей). Кредит нужно выплачивать еще полгода. На оплату уходит примерно половина заработка. Все это время приходится сильно экономить, так как еще приходится оплачивать аренду жилья. Например, я не спешу оплачивать штраф в 15 тысяч рублей, который мне достался по итогам митинга 26 марта. Надеюсь, что в ближайшее время курс биткоина восстановится.
Вот ещё интересное: там же в одной истории «недовольные подожгли гараж с машинами начальства». «Какие пассионарные люди на Дальнем Востоке!» — подумал я, а потом вспомнил, что и в родном Кузбассе машины горят постоянно. Не знаю, партизанская ли это борьба или рэкет.
March 2015

Дачная каторга

Уже было неоднократно замечено, что выращивание еды на собственном огороде экономически неэффективно. Дешевле купить на рынке, даже у тех же огородников.

Даже когда удаётся избавиться от всех денежных расходов — дача унаследована, налога нет из-за льгот, проезд дешёвый или бесплатный, саженцы и семена свои, убытки удастся скрыть, только если учитывать свой труд по нулевой цене.

Приравнивание стоимости своего труда и времени к нулю лежит в основе и других экономических и бытовых решений советских людей.

Можно было бы посмеяться над неэкономическим мышлением совков, но прежде лучше спросить себя: а сколько на самом деле стоит их труд? Сколько можно выручить за него на рынке? И мы сразу же обнаружим, что рыночная цена труда большинства людей в стране нулевая, а скорее, отрицательная. Если человек не редкий специалист в новой отрасли экономики (то есть, ИТ), если человек не нашёл какую-нибудь работу в офисе или охранником в одном из немногих относительно благополучных городов, то оплата его труда не будет обеспечивать не только расширенного воспроизводства рабочей силы, но и покрыть текущие расходы не сможет. Денег хватит на еду и обязательные платежи, а одежду надо будет донашивать старую, жильё унаследовать, здоровье расходовать. Старая шутка о том, чтобы брать с рабочих плату за вход на завод, — не просто шутка. Получить деньги за труд большинству людей невозможно — хоть какую-то сумму можно только получить за свой человеческий капитал, за свои невосполнимые ресурсы.

Поэтому, дачные каторжники, выращивающие урожай, который людям хоть с камими-то средствами кажется золотым, и продающие его за долю настоящей цены, действуют рационально. У них нет способа использовать свой труд более продуктивно.

Низкие цены на рынке не должны восхищать — они означают, что в этой местности господствует натуральное хозяйство, деньги видят редко, а расчётная цена труда равна нулю. В наших суровых землях только полное вовлечение людей в товарное производство и рыночные отношения может вывести из нищеты. Аграрная утопия в тёплых землях быстро разбивается о рост населения, и мира под оливами не остаётся, а у нас она не может и начаться. Сельское хозяство, не являющееся каторгой для аграриев, и выполняющее свою задачу, т.е., обеспечивающее едой, у нас может быть только полностью индустриализированным и коммерческим. Собственно, таким оно в последние годы и становится.

2012 en face

Шпроты

Запретили бы ещё шпроты. Уже довольно давно ищу по супермаркетам российские, не желая покупать латвийские и прочие прибалтийские, и не нахожу. На любой банке мелкими буквами название какого-нибудь латвийского уезда. Так и ухожу без шпрот.
March 2015

30 сребреников

Здесь два взаимо исключающих пересчёта по курсу цены нашего Спасителя (по наводке великолепной arnaut_katalan).
Каков был курс сребреника в 33 г. н.э.?
Вот сравнительные данные, однако о покупательной способности по этим цифрам судить достаточно сложно. 1 сребреник был эквивалентен 4 драхмам, т. е. 120 драхм. Одна драхма равнялась приблизительно 10,5 руб., на сегодняшний день. Таким образом вся сумма составляет приблизительно 1 260 руб. На одну драхму тогда можно было купить, например, кувшин дешевого вина.

Еще один расчет: 30 серебряных сестеpциев составляют пpиблизительно, 94,5 гpамма сеpебpа 999 пробы. Гpамм ювелиpного сеpебpа в скупке - 46 pублей. Итого, 4347 pублей. Куpс доллаpа - 28,598 руб./$. Итого — 152 бакса.

К сожалению, оба расчёта неправильны, хотя исходными данными из них можно воспользоваться для правильного расчёта. В первом расчёте априори вводится фантастический курс драхмы, а второй расчёт ложно приравнивает сребреник к сестерцию (на самом деле, сребреник равнялся тетрадрахме) и ложно объявляет раннеимперский сестерций серебряной монетой весом 3,15 г., хотя он был бронзовый. Поскольку трудно пересчитывать деньги через бронзу (бронзовые деньги — почти то же, что и бумажные), то лучше провести пересчёт через денарии, которые в описанное время оставались серебряными. Кстати, денарий был дневной платой квалифицированного рабочего, следовательно, Иуда получил примерно доход подёнщика за четыре месяца непрерывного труда. Но сколько он получил денег? Я не нашёл в Википедии серебряного содержания денария, ни серебряного содержания драхмы, но в современных американских долларах это, как говорит Википедия, 20 $/драхма.
Итак, 30 сребреников = 30 тетрадрахм = 120 аттических драхм = 120 римских денариев = 120 * $20  = $2 400  = 67 723,68 руб.